Поделиться
Интервью немецкой газете Berliner Zeitung дал директор Института Европы РАН, член-корреспондент РАН, историк Алексей Громыко (интервью перевели ИноСМИ). Вопросы задавал немецкий журналист Томас Фасбендер. Разговор был посвящён украинскому кризису, его причинам, роли НАТО и ЕС, перспективам европейской безопасности, а также будущему отношений России и Германии. Центральная мысль интервью — конфликт на Украине для России не является локальным или временным, он затрагивает фундаментальные основы национальной безопасности и всей архитектуры Европы.
Lisi Niesner/dpa/Global Look Press
тестовый баннер под заглавное изображение
Конфликт на Украине — не региональный кризис, а вопрос выживания
По мнению Алексея Громыко, происходящее на Украине нельзя трактовать как обычную войну между двумя государствами. Он подчёркивает, что для России речь идёт о фундаментальных вопросах безопасности и будущем всей европейской архитектуры. Москва рассматривает этот конфликт как опосредованное противостояние с десятками стран, которые прямо или косвенно участвуют в нём на стороне Украины.
Историк настаивает: для России это не вопрос престижа или амбиций, а вопрос существования государства в условиях изменившегося баланса сил. В этом смысле украинский кризис он ставит в один ряд с наиболее опасными моментами XX века, прежде всего с Карибским кризисом 1962 года, когда мир оказался на грани глобальной катастрофы.
Безопасность России и европейская система оказались неразделимы
Громыко обращает внимание на то, что конфликт нельзя анализировать исключительно через призму отношений Москвы и Киева. Он напрямую связан с состоянием всей системы европейской безопасности, которая, по его словам, так и не была выстроена после окончания холодной войны.
Россия рассчитывала, что после роспуска Варшавского договора НАТО также утратит своё прежнее значение или трансформируется в инклюзивный механизм коллективной безопасности. Однако этого не произошло. Напротив, альянс сохранил свою структуру и начал расширяться, постепенно приближаясь к российским границам. В Москве это воспринимали как стратегическую угрозу, а не как нейтральный политический процесс.
Расширение НАТО как системная ошибка Запада
Центральным тезисом Громыко является утверждение, что именно расширение НАТО стало ключевым источником нынешнего кризиса. Он подчёркивает: Россия на протяжении десятилетий пыталась донести свою позицию — сначала в форме просьб, затем в форме дипломатических предупреждений, а позже в виде жёстких требований.
Историк напоминает, что опасения по поводу расширения альянса высказывались не только в России. Видные западные политики и эксперты, включая архитектора политики сдерживания Джорджа Кеннана, предупреждали, что продвижение НАТО на восток рано или поздно приведёт к конфликту. Однако эти сигналы были проигнорированы.
Бухарестский саммит 2008 года как точка невозврата
Особое место в рассуждениях Громыко занимает саммит НАТО в Бухаресте. Именно тогда, по его оценке, Запад фактически закрепил курс на включение Украины и Грузии в зону военной ответственности альянса. Даже несмотря на возражения Германии и Франции, итоговая формулировка о будущем членстве этих стран стала для Москвы принципиально неприемлемой.
Историк подчёркивает, что разница между формулировками «могут стать» и «станут» имеет стратегическое значение. В первом случае речь идёт о гипотетической возможности, во втором — о зафиксированном политическом намерении. С этого момента, считает Громыко, вероятность прямого военного столкновения начала неуклонно расти.
Россия предупреждала о своих красных линиях задолго до 2022 года
Громыко отвергает тезис о «внезапности» российской позиции. Он напоминает, что ещё в 2007 году на Мюнхенской конференции по безопасности Владимир Путин публично заявил о неприемлемости дальнейшего расширения НАТО. С тех пор, по словам историка, прошло около пятнадцати лет переговоров, убеждений и попыток найти компромисс.
Минские соглашения он рассматривает как одну из последних возможностей урегулировать конфликт политическими средствами. Их срыв, по его мнению, стал ещё одним доказательством того, что Запад не был заинтересован в долгосрочном компромиссе.
Российское руководство неоднократно заявляло об отсутствии планов нападения на страны альянса. Тем не менее, эти заявления игнорируются, поскольку образ «российской угрозы» удобен для внутренней мобилизации западных обществ.
Европа воюет вопреки настроениям украинского общества
Отдельный акцент Громыко делает на общественных настроениях на самой Украине. Он обращает внимание на данные социологических опросов, согласно которым значительная часть населения выступает за переговоры и прекращение боевых действий.
При этом, по его словам, политические элиты ЕС демонстрируют прямо противоположный настрой. Решения о поставках оружия и продолжении конфликта принимаются под лозунгом «поддержки Украины», хотя на деле, считает историк, они идут вразрез с желанием миллионов людей вернуться к мирной жизни.
Конфискация российских активов как инструмент затягивания войны
Громыко жёстко критикует планы ЕС по использованию замороженных российских активов. Он подчёркивает, что речь идёт не о восстановлении Украины, а о финансировании дальнейших боевых действий.
По его мнению, подобная политика свидетельствует о стратегическом выборе в пользу продолжения конфликта. Европа, утверждает он, фактически становится заинтересованной стороной войны, а не посредником, способным содействовать мирному урегулированию.
Страх перед Россией создаётся в «эхо-камере»
Историк считает, что Евросоюз и НАТО функционируют в условиях информационной замкнутости. В этом пространстве любые альтернативные оценки автоматически объявляются «пророссийскими», а критическое мышление вытесняется повторением одних и тех же тезисов.
Он подчёркивает, что обвинения в адрес России — о якобы неизбежном нападении на Прибалтику или другие страны — не подкреплены фактами. Тем не менее, они постоянно воспроизводятся, формируя атмосферу страха и оправдывая дальнейшую эскалацию.
Россия стремилась к партнёрству, а не к конфронтации
Отвечая на обвинения в экспансионизме, Громыко напоминает о длительном периоде сотрудничества России и НАТО. Он говорит о создании Совета Россия — НАТО, многочисленных совместных проектах и рабочих группах, в том числе в научной сфере.
Историк подчёркивает, что Россия не была инициатором разрушения системы контроля над вооружениями. По его словам, именно США первыми выходили из ключевых договоров, последовательно подрывая основы стратегической стабильности.
Нейтралитет Украины как необходимое условие мира
С точки зрения Громыко, прекращение огня без политических гарантий не имеет смысла. Он подчёркивает, что устойчивый мир возможен только при возвращении Украины к нейтральному статусу.
Россия, по его словам, не возражает против европейской интеграции Украины. Однако членство в НАТО он считает неприемлемым. Без решения этого вопроса, утверждает историк, любые договорённости будут лишь временной паузой перед новым витком конфликта.
Донбасс и ответственность перед населением региона
Говоря о Донбассе, Громыко делает акцент на гуманитарном измерении конфликта. Он утверждает, что жители ДНР и ЛНР чувствовали себя брошенными после подписания Минских соглашений и вынуждены были годами жить под угрозой обстрелов.
Россия, по его словам, рассматривает происходящее как выполнение обязательств перед этими людьми. В числе базовых условий компромисса он называет сохранение административных границ республик, обеспечение прав русскоязычного населения и нейтральный статус Украины.
Будущее Европы не предопределено жёстким сценарием
Историк не разделяет фаталистических прогнозов о неизбежности новой холодной войны. Он напоминает, что даже в периоды крайней напряжённости государства находили возможности для диалога и заключения ключевых международных договоров.
По его мнению, международная политика способна меняться стремительно, а нынешний кризис не исключает будущих прорывов в сфере безопасности и разоружения.
Европа лишена собственной стратегии
Одной из ключевых проблем Громыко считает отсутствие у Евросоюза чёткой и самостоятельной стратегии. В отличие от США, Китая и России, Европа, по его словам, действует реактивно, подстраиваясь под внешние импульсы.
Это делает её уязвимой в условиях глобальных изменений и усиливает зависимость от американской политики, даже когда она противоречит интересам самих европейских обществ.
Германия: от политики разрядки к идеологизации
Анализируя эволюцию германской политики, Громыко выражает сомнение в искренности заявлений Ангелы Меркель о Минских соглашениях. Он считает, что Германия никогда не была полностью нейтральным посредником, но нынешний отказ от всей традиции «восточной политики» является опасным заблуждением.
Историк подчёркивает, что попытки объявить политику разрядки стратегической ошибкой противоречат историческому опыту и здравому смыслу.
Экономические интересы рано или поздно возобладают
В завершение интервью Громыко высказывает уверенность, что после нормализации ситуации большинство немецких компаний вернётся в Россию. Он напоминает, что многие из них не хотели уходить даже в разгар кризиса, а часть бизнеса сохранила своё присутствие в изменённом формате.
По его мнению, экономическая логика и интересы общества в конечном итоге возьмут верх над политической конфронтацией. Ставка на деэскалацию как единственный рациональный выбор
Подводя итог, Громыко подчёркивает: не только Россия и Украина, но и значительная часть европейских обществ заинтересована в прекращении конфликта. Вопрос заключается в том, какие силы окажутся сильнее — сторонники диалога и компромисса или те, кто делает ставку на долгосрочное противостояние.
Он убеждён, что история ещё не сказала своего последнего слова, а нынешний кризис может стать не началом новой эпохи конфронтации, а точкой переосмысления всей системы европейской безопасности.
Самокастрация Германии: индийский астрофизик рассказал, что не так с ФРГ
По заветам Гитлера: что из планов Третьего Рейха удалось воплотить Евросоюзу
Стало известно, сколько британцев погибнет в случае ядерного удара
Эксклюзивы, смешные видео и только достоверная информация — подписывайтесь на «МК» в MAX